Лучше бы он в деревне у бабушки оставался.

Он думает об этом, приходя в себя после поездки в машине с мешком на голове и кляпом во рту - не тот опыт из фильмов, который ему когда-либо хотелось повторить, но, видимо, он неизменно идет в комплекте, если оказываешься втянут во всякую преступную хуйню вроде подпольных бизнесов деда.

Алтан пока втянут толком не был, не по возрасту еще, но, видимо, это были мелочи, недостойные внимания организатора похищения. Как и отношение деда к нему, потому что тогда в багажнике бы лежала Юма.

Он жмурится, промаргивается, привыкая к свету. На пробу шевелит руками, хотя и так чувствует, что те связаны за спиной, и, оттолкнувшись плечом, садится, осматриваясь вокруг.

Замирает,  сразу же увидев сидящего мужчину - альфу, как тут же подсказывает обоняние. Запах терпкий, немного резковатый, но...

Но от него первый страх проходит, а омежья часть внутри словно пытается распушить невидимый хвост, сесть покрасивее, проверить, сильно ли волосы растрепались...  Алтан морщит нос, пытаясь понять, с чего бы: вокруг явно какой-то деревенский дом, его похитили, так с чего бы ему вдруг волноваться меньше только из-за чужого, пусть и приятного, запаха?

Только потому, что незнакомец красивый. Не модельной красотой, нет, более суровой, с широкими плечами, мускулами, шрамами... Самый настоящий альфа, тут даже захочешь - за бету не примешь.

Военный, что ли? Или наемный убийца? 

- Твой наниматель "Кавказской пленницы" пересмотрел и решил, что похищение - это гениальная идея? - интересуется он, на пробу еще раз пошевелив запястьями и пытаясь нащупать пальцами узлы. Нет, ну, конечно, есть варианты с тем, чтобы содрать кожу и попытаться использовать кровь, чтобы ослабить...  - Тебе как, баранами заплатили или пары бутылок вина хватило?

Конечно, грубовато: по мужчине было видно, что он явно не первый попавшийся альфа, который согласился на сомнительное похищение ради опохмела, но цена вопроса, и правда, была интересна.

Алтан ловит себя на том, что пытается взглядом найти зеркало, и тут же снова смотрит на альфу, мысленно давая себе оплеуху. Нет, он не будет пытаться произвести на него впечатление, ради всего святого, тот его похитил и, скорей всего, без раздумий свернет шею.